Единорог
Мифическое существо, упоминающееся у многих индоевропейских народов. В
самых ранних текстах это было животное с телом быка и единственным прямым
рогом на лбу. В более поздних упоминаниях единорог уже имел тело лошади (часто
небольшой) или козла. Изображения единорога, до-шед-шие до наших дней еще
с середины III тысячелетия до нашей эры, представляют его в виде однорогого
быка. Символика с изображением единорога была столь широко распространена
в те времена, что она встречалась не только в настенных фресках и мозаиках,
но и на печатях многих городов в долине реки Инд.
Изображение однорогого быка было таким почитаемым священным образом, что
даже в текстах «Атхарваведы» при описании потопа Ману именно к рогу единорога
прикрепил веревку, держащую корабль. Принято считать, что появление образа
единорога в ближневосточных и западноевропейских мифологических источниках
связано с этими древними индийскими источниками. Древние римляне и греки
писали о единороге как о реально существующем животном; более того, его происхождение
напрямую связывали с Индией или Африкой. В текстах Ветхого Завета единорог
идентифицируется не иначе как «лютый зверь».
Изображение единорога во многих христианских источниках является символом
чистоты и непорочности. Считалось, что единственный, кто может приручить
единорога, это непорочная дева.
В фольклоре почти всех стран Старого мира встречается сюжет о единороге,
есть он и у мусульман, и у китайцев, а в европейской мифологии он есть практически
у всех народов. Изображение единорога было излюбленным сюжетом в геральдике,
как в династической, так я в государственной. Даже на гербах знатных русских
рсдоз встречается изображение единорога.
В средние века бытовало мнение, что рог единорога имеет целебные свойства,
в частности, он может очистить воду, отравленную гмеем, помогает при различных
отравлениях и ядовитых укусах, лечит некоторые болезни. Этим обстоятельством
широко пользовались шарлатаны, под видом рога единорога продавали зачастую
бивни кита-нарвала, который хотя тоже именовался единорогом, но ни к настоящему
единорогу, ни к чудодейственным целительным средствам не имел никакого отношения.
Самое первое упоминание о единорогах в Европе мы находим в сухом по
стилю отчете Юлия Цезаря о его кампании против кельтских племен в книге
«Галльская война». Он тоже слышал легенды о том, что эти существа обитают
в Герцинианском лесу вблизи Рейна, настолько огромном, что попасть из одного
его конца в другой было невозможно даже за шестьдесят дней. Судя по всему,
это было идеальное место для единорогов, и Цезарь пишет, что видел одно
существо, которое «формой напоминало оленя, из центра лба его, прямо между
ушей, торчит единственный рог, и он гораздо выше и прямее, чем все прочие
известные людям рога».
И все-таки, что бы ни говорили, но по имеющимся данным родиной единорогов,
по-видимому, была Азия, во всяком случае именно оттуда пришли в Европу их
предки. Упоминание о единороге мы находим у греческого автора по имени Ктесий
Книдский, придворного лекаря персидского царя Артаксеркса Второго Мнемона
и Дария Второго. Ктесий жил в конце V века до нашей эры. При дворе этих монархов
Ктесий слышал немало любопытных историй и старательно записывал все слышанное
для потомков.
«В Индийском государстве есть виды диких ослов, зачастую превосходящих
по размерам лошадь. Тела их покрыты белой шерстью, а голова темно-красной.
У них темно-синие глаза. Из середины лба у них произрастает рог длиной в
один кубит (восемнадцать дюймов). Основание рога имеет белоснежный цвет.
На конце рог острый и имеет ярко-красный цвет. Средняя часть черная. Те,
кто пьет из изготовленных из этих рогов кубков, не подвержены ни конвульсиям,
ни падучей болезни. На человека не подействует даже яд, если до или после
принятия яда он выпьет из этого кубка воды или вина.»
Самому Ктесию, конечно, так никогда и не довелось увидеть описанное им
причудливо окрашенное животное. Он всего лишь добросовестно повторил легенды,
которые рассказывали путешественники, вернувшиеся из дальних странствий по
Гималаям и Индии.
Возможно, что когда он писал об единорогах, то, поддавшись желанию поподробнее
описать невиданное животное, включил в свои описания также и разрозненные
упоминания о единорогах Китая, где эти звери почитались царями всех живущих
на земле существ.
В Китае эти существа были известны под названием «ки-лин». Ки означало
мужское начало, лин — женское. Говорили, что у них были тела оленей и копыта
лошадей. Рог достигал двенадцати дюймов в длину. Тело животного было раскрашено
всеми цветами радуги. Ки-лин не был диким зверем, на которого можно было
охотиться. Его могущество и мудрость могли сравниться только с могуществом
драконов. Простой смертный мог увидеть его исключительно редко, являлся он
обычно лишь в качестве вестника великих перемен.
Как повествуют древние китайские хроники, его увидели в 2697 году до нашей
эры. Сияя своей разноцветной шкурой, ки-лин возник во дворце просто ниоткуда,
молчаливо проследовал по залам и павильонам дворца императора Хуан-ти и бесследно
исчез. Это посещение было истолковано следующим образом: годы правления
императора будут исполнены добра и благополучия. И, что самое интересное,
согласно хроникам, все так и случилось: Хуан-ти правил долго и разумно,
он изобрел музыкальные инструменты и научил своих подданных строить дома
из кирпичей; именно он первым объединил китайский народ.
Ки-лин еще раз появился во дворце Хуан-ти. Это произошло в самом конце
его жизни, единорог отнес императора на своей спине в царство мертвых. Как
говорили гораздо позже, ки-лин явился однажды молодой женщине по имени Ен
Ченсай.
Это произошло в VI веке до нашей эры в храме. Опустив огромную голову,
зверь уронил в руку женщины жадеитовую таблицу. На ней было начертано, что
у женщины родится сын, которому суждено стать царем без трона.
Позже она родила сына, которого назвала Конфуцием, и он воистину был царем
без трона. Его учение положило начало системе порядка и послушания, которой
китайцы следовали на протяжении многих веков.
Обычно ки-лин приносил только добрые известия. Он умел отличать добро
от зла, совсем не ел мяса. Принято было считать, что его появление предвещало
рождение великих людей.
Существовал даже ритуал, согласно которому изображения зверя крепились
к пунцовым стульям, которые китайские невесты по традиции относили в дома
своих мужей после свадьбы. В Азии изображение единорога вывешивали на дверях
домов, где жили беременные женщины, чтобы он не обошел хозяйку своим вниманием.
Считалось, что копыта единорога при ходьбе не издают ни звука. Этого зверя
действительно считали символом величия и благородства.
Рассказы, записанные Ктесием, могли основываться не только на описаниях
китайских единорогов, а на многих разрозненных сообщениях о злобных однорогих
зверях, некогда населявших просторы Персии и Индии. Эти существа были известны
под названием karg или karkadann. Говорили, что этот одинокий хищник был
настолько свиреп, что ни одно животное не рисковало пастись поблизости от
его территории. Он обладал поистине чудовищной силой, которая позволяла ему
нападать даже на слонов и побеждать их в схватке. Любой царь почитал за честь
убить подобное животное.
Свирепый каркадан точно так же, как и единорог, имел следующие черты:
говорили, что зверь становился ручным в присутствии молодых женщин и что
рукоятки ножей, изготовленные из его рога, вблизи яда начинали дрожать и
исторгали капли влаги.
Благородный единорог поклонялся чистоте и великодушию смертных. Он не
боялся людей и, являясь олицетворением чистоты, словно бог, защищал от людей
других животных. И те редкие путешественники, которым в годы далекого Средневековья
посчастливилось увидеть это существо, рассказывали, как, применяя свои волшебные
способности, единорога очищали для других животных реки и озера.
Иохансон из Гезе, утрехтский священник, который посетил в XIV веке Святую
Землю, в своих воспоминаниях подробно описал, как единорог очистил реку Марах
на Синайском полуострове.
В одной местности каждый день после заката ночные существа отравляли воды
реки Марах. Но на рассвете вода была снова чистой. Рано утром, сразу после
восхода солнца, единорог опускал в воду свой рог и вытягивал из реки яд,
чтобы другие животные могли пить воду в течение дня. Иохансон писал, что все
это он наблюдал своими глазами.
Средневековые историки любили рассказывать, что единороги снабжали смертных
цикорием. Говорили, что в последние годы своего правления король Артур любил
рассказывать своим придворным о благородном единороге. Он повстречался с
ним еще в юности, в самом начале своего царствования. Все началось, когда
однажды король отправился вдоль берегов Шотландии в поисках приключений на
маленьком суденышке.
В те времена многие были наслышаны о том, что на разбросанных по мерю
маленьких островах все еще скоизались Несметные полчища странных первобытных
существ, увидеть которых или сразиться с которыми мечтал любой волн. Однажды
корабль короля попал в густой туман. Паруса промокли и повисли, и скоро
судно вынесло на берег. Король спрыгнул в воду, вытащил судно на берег и
побрел по острову, надеясь найти что-нибудь интересное.
На первый взгляд на острове не было никаких признаков жизни, но король
продолжал идти по острову. Вдруг вдали показалась каменная башня, одиноко
стоящая среди высоких деревьев. Артур задумчиво изучал ее, он хотел понять,
кто в этой глуши мог построить башню и обнести ее такой прочной стеной. Башня
все больше привлекала его внимание. Размышления Артура были прерваны чьим-то
тихим голосом:
— Здравствуй, странник. Кто ты и что здесь делаешь? Артур увидел крошечного
старичка. Оружия при нем не
было. На морщинистом лице выделялись умные, проницательные глаза.
— Я Артур, король Британии, туман выбросил на берег мое судно, надеюсь
на вашу милость.
— Вы ее получите, когда рассеется туман, я отправлю вас дальше.
Старик предложил королю воды. Осушив чашу, Артур спросил:
— Ты живешь здесь один, нигде не видно людей, кроме тебя. Как оказался
ты в этом диком и заброшенном месте?
— Нет, я здесь не один, — ответил старец. — Если тебе интересно, с удовольствием
расскажу тебе о своей жизни, чтобы скоротать время.
Они подошли к стене, окружавшей башню, уселись на траву, и старик приступил
к повествованию. Родился он в Норсамберленде и жил там счастливо до тех пор,
пока капризный правитель не выслал его вместе с беременной женой на этот
маленький необитаемый островок. Стражники оставили их на берегу без оружия
и пищи. Вскоре его жена родила мальчика и умерла. Карлик завернул младенца
в плащ жены. Жену он похоронил, обложив ее тело камнями, и стал искать место,
где можно было бы укрыться от дождя и ветра.
В лесу в дупле огромного дуба он нашел укрытие для себя и младенца. Дупло
было так велико, что в нем легко могли разместиться на ночлег шесть рыцарей.
Но самое интересное обнаружилось, когда карлик с младенцем залез в дупло.
В глубине дупла лежали, подогнув под себя тонкие ножки, три крошечных, похожих
на фавнов существа. Существа спали, у каждого из них посреди лба светилась
крошечная звездочка — будущий рог.
Карлик положил своего ребенка рядом со спящими. Обернувшись на шум, он
увидел мать этих существ. Это было огромное, похожее на лошадь животное,
белое, как облако. Изо лба воинственно торчал рог, сверкающий, как закаленная
сталь. Животное ударило копытами о землю и наклонило голову, словно готовясь
к атаке. Карлик в испуге проскользнул мимо нее и стремглав кинулся бежать
куда глаза глядят, оставив в дупле своего ребенка.
Далеко убежать ему не удалось, из дупла послышался и вдруг резко оборвался
плач младенца. Встревоженный карлик тихонько подкрался к дуплу и прислушался.
Изнутри не раздавалось ни звука. Он осторожно заглянул в темное отверстие
и увидел, что единорог лежит на боку и кормит его сына. Так началась жизнь
карлика на острове. Через некоторое время единорог приютил и его. Сын рос
большим и сильным, он был просто гигантским ребенком, выросшим на волшебном
молоке.
Прошло время, и отец с сыном выстроили себе жилье. Сначала это была простая,
сложенная из ветвей хижина, потом смогли выстроить каменную башню. В ней
они жили, хранимые волшебной силой единорога, вдалеке от людских забот. Единорог,
по словам карлика, заботился о них, как о собственных детях.
Когда карлик надолго замолчал, Артур тоже выдержал паузу и спросил:
— А где же сейчас твой сын и единорог?
— Да вот и они, — кивнул старик в сторону рощи. Артур оглянулся как раз
в тот момент, когда из редеющего тумана показался юноша. У него, как и у
отца, было обветренное лицо, и он действительно был очень высокого роста и
могучего телосложения. Он нес на плече убитого медведя, возвращаясь с охоты,
добыв мяса для своего отца. Рядом с юношей стоял серебристый единорог. Животное
словно излучало свет, и его блики падали на спокойное лицо юноши.
Единорог был прекраснее всего, что доводилось видеть до того в жизни королю
Артуру. Двое простых смертных, живших на острове, карлик и его сын, купались
в волшебстве, источником которого было это существо. Артур склонил перед
единорогом голову.
Конечно, ему бы очень хотелось, но он не мог остаться на этом острове.
Артур знал, что ему предстояло пройти еще очень много миль и совершить много
подвигов, прежде чем он сможет отдохнуть. Но случай, вынесший его на незнакомый
остров, единорог и люди, его окружавшие, показали ему, что такое истинный
мир и гармония с природой.
Вскоре рассеялся туман, поднялся ветер, карлик и его сын проводили короля
до берега. Они объяснили ему, как добраться до дальних островов, которые
он хотел посетить, и помогли выйти в море. Подняв паруса, Артур оглянулся.
На берегу стояли и прощально махали ему руками двое мужчин, за ними, у самого
края леса, виднелось мягкое сияние, выдававшее присутствие единорога.
Уже упоминалось, как широко в средние века было распространено мнение,
что кубки и чаши, изготовленные из рога единорога, обладают целительной способностью,
предохранять от ядов, уберегать того, кто постоянно пьет из них, от многих
болезней. Более того, изготовленная из рога посуда стала неотъемлемой частью
придворных и церковных сокровищ. Самый известный рог длиной семь футов и
весом тринадцать фунтов хранился в монастыре сен-Дени, неподалеку от Парижа.
В сокровищнице базилики Святого Марка в Венеции находятся сразу три рога,
один из которых закреплен на серебряном пьедестале и напоминает свечу.
Оформлением рогов занимались далеко не все, это считалось делом чрезвычайно
важным. Так, посол Бургундии при дворе английского короля Эдуарда IV получил
в дар золотую чашу, украшенную жемчугами, в центре которой был закреплен
кусок рога единорога длиной в семь дюймов.
В конце XVI века знаменитый флорентийский мастер Бенвенуто Челлини получил
от папы Климента VII задание изготовить подставку для факела из замечательного
рога. Художник никогда прежде не видел единорога, но создал почти идеальное
его изображение — золотую голову, по форме напоминающую частично лошадиную,
частично оленью, украшенную тончайшей работы венками и лентами, в которую
и вставлялся рог.
Но работе Челлини предпочли подставку, сделанную другим мастером. Сам
маэстро объяснял это тем, что вещь все равно предназначалась в подарок французам,
как считал мастер, «людям невежественным и лишенным художественного вкуса».
(Папа Климент VII и в самом деле подарил подставку вместе с рогом Франциску
I, после чего умер, надышавшись отравленных газов из факела.)
Популярность единорога была столь велика, что упоминания о нем в том или
ином виде есть во многих мистических сочинениях Средневековья и даже современности
(например, у Роджера Желязны в «Хрониках Амбера», у Райнера Марии Рильке
в «Единороге»). В росписи соборов многих западноевропейских городов встречаются
сюжеты укрощения единорога девой. Старинные книжные миниатюры и гобелены
также довольно часто использовали сцены с изображением единорога в сюжетах
своих рисунков.
Используются технологии
uCoz